Порядок выявления,удержания и возврата похищенных цифровых активов

Мы расследуем крипто преступления уже много лет и точно знаем главное: биржи не ждут наши постановления с распростертыми объятиями. Они живут по своим законам, AML/KYT и юрисдикциям.

Перед вами — не мануал. Это боевой алгоритм, который мы обкатали в делах. Четыре шага: от блокировки до возврата. Два режима работы с иностранными платформами — добровольное содействие и арест. Плюс жесткий реализм о международной правовой помощи: она существует, но пока вы будете слать запросы, биржа снимет блокировку.
Коротко. По делу. Только то, что работает.

Потерпевший, аналитическая компания, специализирующаяся на отслеживании криптовалютных транзакций, либо сама биржа устанавливают, что похищенные цифровые активы поступили на блокчейн-адрес, ассоциируемый с данной биржей или обменником. После этого соответствующая платформа вправе по своему усмотрению ввести внутреннее временное ограничение на операции по соответствующей учетной записи либо в отношении соответствующих активов. Такое ограничение представляет собой внутреннюю меру самой платформы и применяется по ее собственным правилам комплаенс-контроля, AML/KYT и управления рисками.

После установления того, что спорные цифровые активы поступили на блокчейн-адрес, ассоциируемый с биржей или обменником, следователь, дознаватель либо орган дознания принимает меры к получению сведений, необходимых для установления владельца учетной записи, движения активов, размера остатка, связанных адресов и иных обстоятельств, имеющих значение для проверки сообщения о преступлении и расследования. Получение таких сведений возможно в одном из трех порядков:

Вариант 2А. Добровольное дальнейшее удержание спорных активов иностранной биржей

Если после получения уведомления о спорном характере активов, материалов трассировки и сведений о наличии материала проверки либо возбужденного уголовного дела иностранная биржа или обменник выражает готовность продолжить внутреннее удержание соответствующих активов, следователь вправе опереться на такое удержание как на фактическую меру сохранности спорного актива без немедленного обращения в суд с ходатайством о наложении ареста. В этом случае удержание основывается не на обязательности исполнения российского процессуального акта для иностранной платформы, а на ее добровольном содействии расследованию и применении собственных внутренних правил. При наличии оснований спорные цифровые активы могут быть признаны вещественным доказательством как имущество, на которое были направлены преступные действия, либо как имущество, полученное в результате преступления.

Вариант 2Б. Наложение ареста на цифровую валюту

В ряде случаев биржа ограничивает срок временного добровольного удержания и запрашивает судебное решение на арест имущества в виде цифровой валюты. При аресте суд должен указать конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято такое решение, и определить ограничения, связанные с владением, пользованием и распоряжением арестованным имуществом. Для цифровой валюты ст. 115 УПК РФ предусматривает специальные правила, включая прекращение операций полностью или частично в пределах, определенных судом, а при наличии соответствующих условий — изъятие материального носителя или перевод цифровой валюты на адрес-идентификатор, обеспечивающий ее сохранность. Если актив находится на иностранной бирже или в обменнике, российский судебный акт об аресте сам по себе не гарантирует автоматического исполнения иностранной платформой. Вне международной правовой помощи его фактическое исполнение также зависит от добровольного решения самой платформы.

После получения сведений о владельце учетной записи, проверки происхождения спорных цифровых активов и подтверждения прав потерпевшего следователь или дознаватель разрешает вопрос о том, кому принадлежат удерживаемые активы и в каком процессуальном порядке они подлежат возврату. Для целей уголовного судопроизводства цифровая валюта признается имуществом, а в конкретном деле спорные активы могут быть признаны вещественным доказательством. Дальнейший порядок возврата зависит от того, удерживались ли активы добровольно иностранной биржей или обменником либо в отношении них ранее был наложен арест.

Вариант 3А. Возврат спорных цифровых активов, удерживаемых добровольно, как вещественного доказательства

Если иностранная биржа или обменник продолжают удерживать спорные цифровые активы добровольно и в отношении таких активов не применялся судебный арест, следователь или дознаватель после установления законного владельца и при отсутствии необходимости дальнейшего удержания для целей доказывания принимает процессуальное решение о возврате активов законному владельцу в порядке, применимом к вещественным доказательствам. В этой конструкции возврат оформляется как разрешение вопроса о судьбе вещественного доказательства. Такой подход опирается на ст. 81 УПК РФ, которая предусматривает признание предметов вещественными доказательствами и решение вопроса об их судьбе, и на ст. 82 УПК РФ, которая допускает возврат вещественных доказательств законному владельцу после производства необходимых следственных действий, если это возможно без ущерба для доказывания.

Вариант 3Б. Возврат ранее арестованных спорных цифровых активов

Если на спорные цифровые активы ранее был наложен арест в порядке ст. 115 УПК РФ, их возврат законному владельцу возможен только после отмены ареста либо прекращения соответствующих ограничений. В этом случае следователь или дознаватель после установления законного владельца и отпадения необходимости в дальнейшем сохранении активов для целей расследования, обеспечения гражданского иска, возможной конфискации либо исполнения приговора инициирует решение вопроса об отмене ареста. После прекращения обеспечительной меры принимается отдельное процессуальное решение о возврате спорных цифровых активов законному владельцу. Здесь возврат оформляется как сочетание двух процессуальных решений: сначала прекращается режим ареста по ст. 115 УПК РФ, затем разрешается вопрос о судьбе имущества и его передаче законному владельцу.

После принятия процессуального решения о возврате спорных цифровых активов законному владельцу, а при наличии ареста — также после его отмены, соответствующие документы направляются лицу или организации, фактически удерживающим активы. Если спорные активы находятся на иностранной бирже или в обменнике, фактическое исполнение выражается в передаче цифровых активов законному владельцу, в том числе путем их перечисления на указанный им блокчейн-адрес, если такой способ допускается правилами соответствующей платформы и применимым правом. Вне механизма международной правовой помощи такое исполнение со стороны иностранной платформы во всех случаях остается добровольным, даже если ей представлены российские процессуальные документы.

Если иностранная биржа или обменник не исполняют решение о возврате добровольно и для фактической передачи активов требуется совершение действий на территории иностранного государства, дальнейшее обращение осуществляется в порядке международной правовой помощи. Именно этот механизм предусмотрен УПК РФ для случаев, когда необходимые процессуальные действия должны совершаться за пределами Российской Федерации.

С 3 марта 2026 года цифровая валюта прямо признается имуществом для целей уголовного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. Это закреплено Федеральным законом от 20 февраля 2026 года № 38-ФЗ, которым были внесены изменения в УК РФ и УПК РФ. В результате в уголовном процессе появилась прямая нормативная основа для ареста, изъятия, процессуального удержания и последующего возврата похищенной цифровой валюты законному владельцу.

Указанным законом в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации внесены специальные нормы, прямо регулирующие обращение с цифровой валютой. В частности, в пункт 13.1 статьи 5 УПК РФ цифровая валюта отнесена к имуществу, в статье 115 УПК РФ закреплены специальные правила наложения ареста на цифровую валюту, а статья 164.2 УПК РФ специально регулирует особенности изъятия цифровой валюты при производстве следственных действий.

Это означает, что похищенная криптовалюта может рассматриваться в уголовном деле не как абстрактный цифровой объект, а как имущество, в отношении которого допускаются предусмотренные УПК РФ процессуальные действия. В зависимости от фактической ситуации такая цифровая валюта может быть арестована, изъята, признана вещественным доказательством и впоследствии возвращена законному владельцу в установленном уголовно-процессуальном порядке.

При этом само понятие цифровой валюты закреплено в Федеральном законе от 31 июля 2020 года № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Этот закон определяет цифровую валюту как совокупность электронных данных, которые могут предлагаться и (или) приниматься в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, иностранного государства или международной денежной единицы, и (или) в качестве инвестиций. Такая формулировка характеризует правовую природу цифровой валюты, но сама по себе не означает разрешение использовать криптовалюту как законное средство расчетов в Российской Федерации.

Иностранная юрисдикция криптовалютных бирж и добровольный характер взаимодействия

Значительная часть криптовалютных бирж и обменников, на которых могут оказаться похищенные цифровые активы, находится за пределами Российской Федерации либо действует через иностранные юридические лица и инфраструктуру, находящиеся в иностранной юрисдикции. По этой причине получение сведений о пользователе, движении активов, размере остатка и связанных адресах, а равно дальнейшее удержание либо возврат спорных цифровых активов не обеспечиваются автоматически одним лишь направлением российского процессуального документа в адрес такой платформы.

Если иностранная биржа или обменник предоставляет сведения, сохраняет внутреннюю блокировку активов либо исполняет решение о возврате без использования механизма международной правовой помощи, такое взаимодействие носит добровольный характер и основывается на внутренних правилах самой платформы, ее комплаенс-процедурах, AML/KYT-контроле и собственной оценке правовых рисков. Само по себе наличие у следствия или суда Российской Федерации процессуального решения не означает возникновения у иностранной платформы обязанности исполнить его вне процедур, предусмотренных применимым иностранным правом. Порядок обращения к компетентным органам иностранного государства для совершения процессуальных действий предусмотрен статьей 453 УПК РФ.

Таким образом, при работе со спорными цифровыми активами на иностранных криптовалютных биржах и в обменниках необходимо различать два режима взаимодействия: